| надо ли учить вере в универе? |
[Jul. 9th, 2009|02:50 pm] |
Неделю назад я прочитала во вредленте объявление. Молодым и талантливым начинающим журналистам, имеющим интерес к православию, предложена интернет-изданием Татьянин день тема для конкурсного эссе. Сегодня я ехала в автобусе Таруса-Москва и решила попробовать себя в православной журналистике. Пафосно получилось, но это можно списать на тряску и дороги в калужской области.
Прежде чем задаться вопросами что такое вера, надо ли ей учить и причем здесь вообще универ, я задумалась о правде. Вернее, об истине. То есть о том, нужна ли она людям, когда дело касается самого важного. Понятно, что если пишешь о горящих турах, ипотеке, пробках на дороге, нужно излагать точную и конкретную информацию объективно, живо, интересно, одним словом профессионально. Однако когда пишешь об Истине, приходится иногда конкретной информацией и живостью жертвовать, не так ли? От ироничного вступления переходим к основной части.
Тема нашего эссе – учить вере, а рема – надо ли. Все ответы уже заданы в заглавии. Но задача православного журналиста в том, чтобы убедить читателя в собственной (читателя) свободе. Другими словами, вариантов ответа у нас несколько и автор статьи (в данном случае fratellolew) подводит читателя путем глубоких размышлений к единственно верному ответу. Что ж, пропустим для краткости глубокие размышления: конечно, надо!
Если рема исчерпана, займемся темой. Что же именно подразумевает современный церковный православный человек под словосочетанием «учить вере». А примерно следующее: так рассказывать о Боге, Христе и православии, чтобы не возникло сомнения, что РПЦ МП в нынешнем состоянии является единственным и истинным воплощением всех вышеупомянутых пунктов. Впрочем, многим православным очевидно, что настоящее положение вещей в церкви весьма далеко от тех христианских идеалов любви и присутствия Божия, о которых говорят хорошие проповедники. Поэтому «научиться вере» - значит научиться закрывать собой, своей душой эту экзистенциальную, так сказать, пропасть между одним и другим. (Но не думаю, что это и есть «прыжок в веру»). Другими словами, учить вере, значит, прежде всего, учить лицемерию. Многие наши маститые протоиереи очень хотят, чтобы как можно больше людей научились это делать и делали как можно усерднее, потому что, таким образом, они, то бишь, протоиереи, будут оправданы и утверждены в своем собственном духовном положении на дне этой пропасти. Да, я забыла еще про локализацию «в универе». Ничего принципиального нового она не добавляет. В универе вас будут учить вере так же, как в храме, в воскресной школе, на рок концерте, в бассейне. Просто в универе больше чистых и умных людей, которые, скорее всего, потянутся к Богу, клюнут на слова о религии радости, красоте богослужения и координатах вечности и согласятся ради этих слов взвалить на себя неудобоносимое бремя вышеупомянутой пропасти. Все это обучение вере - один и тот же жанр, который худо-бедно освоили наши постсоветские батьки, перемешав проповеди из церковного календаря с текстами Антония Сурожского и Андрея Кураева. В универе проповедь-лекция, может быть, еще оформлена, например, как ознакомительная поездка, скажем, в Троице-Сергиеву лавру. То же самое. Посмотрите налево, посмотрите направо, какое благолепие, возрождение святыни, годы лихолетья… А если вам краешком глаза не дай Бог случится увидеть, что реально происходит за кулисами сцены с этими благолепными декорациями: реальные отношения облеченных духовностью лиц к нижестоящим и к вышестоящим, роль денег и власти в спектакле, маргинальное положение тех, кто реально делает что-то христианское… то это нужно быстренько списать на обычное «попы на мерсах» и «священники такие же люди» и не париться. Вот какое обучение вере предлагается вам в универе, дорогие юноши и девушки. Это не значит, что вам не нужно ничего знать о Боге, о Христе, о христианстве, о церкви и таинствах. Но тут не избежать вам того, что вся эта полезная и важная для вас информации будет подана в упаковке современной церковной идеологии. И отделить тут зерна от плевел вам, быть может, до Страшного Суда так и не удастся. А любая информация, поданная с другой точки зрения и бросающая хоть пятнышко тени и критики на «мать-церковь», будет объявлена не содержащей «полноту церковного учения», подозрительной, да просто еретической.
Очевидно, что на всем пространстве современного церковного слова вместо того, чтобы учить вере, учат этой новоявленной церковной идеологии ( о том, в чем состоит собственно идеология я и многие другие пыталась писать раньше). А в чем моя положительная программа? Я предлагаю всем православным осознать огромную степень ответственности, которую каждый несет за свое миссионерство. Во-первых, учить вере может тот, кто сам эту веру имеет, ну хотя бы с горчичное зерно. Во-вторых, делать это должен тот, кто имеет положительный (позитивный, креативный, перспективный) опыт веры, другими словам тот, кому она действительно принесла радость и свет. Есть ли во мне такой свет, который может просветить и других? - спрашиваю я себя… Или даже этот свет – тьма. В-третьих, надо четко представлять себе, что именно ты можешь предложить человеку, когда предлагаешь ему веру. Что именно, кроме, конечно, потенциального вечного спасения, которое, как известно, одной только верой ему не дастся, а бесплодное знание о вере, возможно, только усугубит его положение на страшном суде (кому многое дано, с того много спросится). Православное христианство сейчас, как в первые века, ориентировано только на приход к вере, только на проповедь с целью записи в члены церкви как можно большего числа верующих (и крестилось в тот день 3000 человек, цитирую по памяти). Развитие прихода измеряется новой сотней причастников, народ умиляется строительству новых храмов и часовен. А что дальше? Экстенсивный путь развития неминуемо приводит в тупик. У нас принято быть новоначальным, вечным младенцем в вере, а куда двигаться дальше, совершенно непонятно. В первые века было естественно и оправдано завоевывать духовный мир людей активной проповедью. Но сейчас, когда христианство ничего принципиально нового для развития человечества в себе уже не несет (а это надо признать), когда культурный и социальный потенциал христианства за 2000 лет уже исчерпан, стоит задуматься о малом. О том, как сохранить обретенную веру, как жить в церкви, а не как воцерковиться и воцерковить всех вокруг. Потому что именно сохранить веру и жить в церкви и не получается у большинства тех, кто к вере пришел. И именно этому надо учить. Если, конечно, у кого-то это все-таки получилось.
|
|
|